September 12th, 2016

девушки

одно и то же место

Снилось дополнительное пространство, приросшее к нашей квартире. С печкой! Я особенно радовалась печке. Даже расстроилась, когда проснулась.

Кстати, какому гаду пришло в голову менять контейнер во дворе именно в четыре утра - вопрос. Такой сон перебил.

Интересно, что эта комната мне уже снилась, и там происходят перемены. Она длинная, да еще и поделена вдоль книжными стеллажами. Когда я увидела её впервые, наверху всё было забито свёрнутыми картами, перекинутыми со стеллажа на стеллаж, дополнительными полочками, да и многие книги хотелось оттуда утащить почитать. В следующих нескольких снах про это место книг становилось всё меньше, а карты исчезли вовсе. А нынешней ночью не было уже и стеллажей, но само место я узнала. Похоже, кто-то кроме меня нашёл способ подтаскивать оттуда сокровища. И оказалось, что основой стеллажей была удивительной конструкции изразцовая печь посреди помещения, почему-то нерабочая; зато за ней, как часть той же системы, обнаружилась чугунная топка, и вот в ней горел огонь. И сама комната приросла к моей мастерской с той стороны, где в реальности уже соседи громко смотрят телевизор.

Вообще-то, в памяти это место не менее реально, чем, скажем, квартира Скрынниковых. Ну и разницы-то между сном и явью? Настоящее становится прошлым за один миг, а прошлое помнится с одинаковой силой вне зависимости от того, видел ли ты наяву, видел во сне или вообразил.
камлать-колотить

микробубны

drums

А вот кому микробубнов!

Причём, заказ, из-за которого меня прорвало, будет готов только завтра, зато сопутствующие товары - уже.

Стучалки у бубнов из можжевельника. Та кожа, что потемнее - африканской козы; более светлая - псковская.
У шаманского ожерелья лошадиный зуб и лошадиный волос.
А у змеевиковых бусиков тоже бубен, но очень, очень маленький.