June 23rd, 2016

девушки

Иерусалим и что бывает после

Только что была в Иерусалиме - и опять мне его мало.

Домашние меня не понимают. Что ты в нём нашла? Даже Аська недоумевает. Город-кун, говорю я, любовь у меня. А как же Питер-кун? А что, нельзя любить двоих?

Туда ехала на поезде. Надеялась заскочить на Малхе на рыночек, который там только что был - а рыночка-то и нет, вместо него стоянка, хотя про рынок еще что-то написано. Обычная ситуация с волшебными лавками, видимо, в Иерусалиме это рынки. Зато на улице Яффо ночной антиварный базар.

Поиграла наконец на Бен-Иегуде. По деньгам выходит совершенно как в наших краях - если бы наши края не спятили окончательно. Продала фенечки - похоже, как художник я эффективнее, чем как музыкант, с другой стороны, фенечки как-то вещественнее и остаются навсегда, а музыка то ли есть, то ли нет её.

С третьей попытки купила себе новые треугольные штаны афгани. С огурцами. Довольна, как слон в огурцах. Пока шла к автовокзалу, город мне такой свет показал, что полный йерушалаим шэль захав. И пошла я на этот свет, как бабочка, и пришла на автовокзал, и передумала ехать обратно на поезде, потому что вот же уже можно сесть в автобус и никуда больше не таскаться; а до поезда еще далеко, и не факт, что успела бы.

Подумала - пока жду автобуса, успею надеть новые штаны и купить себе какую-нибудь финтифлюшку - и чёрта с два, автобус прямо до Холона оказался вот прям щаз. Мне, видимо, нельзя знать расписание. Когда я иду на шару, мой транспорт оказывается как правило вот прям щаз; а к расписанию я частенько опаздываю, или транспорт внезапно уходит раньше.

Эх, ну вот и почему не могу я ни сфотографировать, ни нарисовать выезд из Иерусалима, чтобы он торкал так, как торкает меня? Когда выезжаешь из города, и перед тобой распахивается огромная чаша, вся застроенная домами и дорогами, и где-то невероятно далеко внизу по мосту проезжают микроскопические машинки. Смотрела бы и смотрела - а это всегда краткие пять минут, пока автобус объезжает эту долину.

Спустилась с гор - и опять попала в тель-авивский суп. После заката тут ужасно сыро и липко. Уравновесили внутренним супом, в смысле, маминым экзотическим тыквенным супчиком в тыквочках. Попытались найти какое-нибудь маленькое кино для семейного просмотра, но что-то всё такое ужасное попадалось при рандомном поиске, что Аська перехватила управление телевизором со своего смартфона и показала три успокоительных подборки на тему "удивительная работа человеческих ручек и штучек", и совершенно этим успокоила всю семью.