?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

играй, лисица

Когда я заявилась на блиц-48, я еще не знала, как всё в эти дни повернётся. Вообще другое хотела писать. А потом еще более другое, но тут меня так задёргали, что получилась социальная сатира. Я чувствую, что еще не выдохнула достаточно, чтобы рассказать о своих настоящих ощущениях, пока могу только метафорически. Но метафорически - всё с натуры. Я, даже, пожалуй, под кат положу и комменты закрою.

О смерти Таньки Богдан даже из фейсбука не узнал. Просто потому, что несколько месяцев брезговал фейсбуком, все музыкальные дела велись вконтакте, шаманские - в инстаграме. Позвонила полузнакомая Лена, начав сразу с соболезнований, даже не понял сначала, о чем речь. Зашел в фейсбук и сходу увидел там фотографию Таньки с виолончелью, Танька и на этом фото выглядела достаточно упоротой, но не так, как в последние годы.

Оказывается, за это время она успела забраться в Москву и окончательно там пропасть. Богдан не следил. После расставания успели сыграть в нескольких совместных концертах. Богдан навсегда запомнил импровизацию на сцене Африки, он бьёт в бубен, она вдохновенно распиливает виолончель с выдвинутым на всю длину шпилем, стоя, белые волосы развеваются, глаза смотрят куда-то в верхний мир. Потом у нее случился с кем-то еще более бурный роман, чем когда-то с Богданом, и закончился он как-то гораздо хуже, после этого никто уже не видел Таньку трезвой, а в последний год - и играющей. А у Богдана за это время произошло тридцать семь зелёных ботинок и прекрасная Маша, и нежная Алёнка, и театр Ы, и запись альбома - в общем, целая другая жизнь.

Богдан закопался в архивы в поисках той самой фотографии - снимал же, снимал кто-то тот самый концерт с джемом, но где это было выложено - кто знает. Но сохранял же себе. И точно, нашел в папке, подумать только, десятилетней давности. Все уже выкладывали на своих страницах танькины фотографии, а вот этой ни у кого еще не было. Высокохудожественная, надо сказать, картинка, нерезкая, с шевелёнкой, зато и с драйвом. Пока искал фотографию, успел получить пять писем с соболезнованиями, два телефонных звонка и несколько комментариев к случайным постам в инстаграме. Выложил фотографию на своей стене - без подписи, всё равно все уже в курсе, так, отметиться, точку поставить.

По хорошему, надо было бы сейчас уснуть и увидеть её во сне, а то и уехать на берег и войти там в настоящий транс, но какое там - самое время уже собираться на репетицию. Желтая таратайка опять не едет, так что Богдан берёт велосипед, вешает бубен на спину и крутит педали, все это время из кармана тренькает уведомлениями смартфон.

Доезжает до репетиционной базы на заводе, поднимается наверх, и там выясняется, что уже восемнадцать комментариев оставлено под фотографией, да еще пять в личной почте. Два соболезнования, один вопрос как к шаману вида "а это нормально, что у меня с утра болела голова, а вот сейчас, как узнал - прошла", письмо от администратора клуба со ссылкой на афишу концерта на следующий месяц, в которую надо вписаться, чтобы получить админский доступ, расшарить афишу, записать видеоприглашение и договориться с баром о бонусах для вип-гостей. И еще одно письмо с просьбой о помощи в организации спектакля-чтения по книге. Эээ... ну, любопытно, а последнее-то почему именно у меня спрашивают?!

Ладно, как бы то ни было, а репетировать надо, концерт на носу. Вот тут уже звук смартфона приходится отключить. Через три часа смартфон уже весь забит уведомлениями, и полоса комментариев под постом с фотографией прокручивается на шесть экранов. Спрашивают, можно ли попросить о настоящем шаманском гадании. Соболезнуют, спрашивают, платный вход на концерт в пятницу или бесплатный. Снова соболезнуют, спрашивают, какой газовый баллон надо выбрать, чтобы изготовить себе глюкофон. Опять соболезнуют. Присылают фотографии Таньки в личку. А вот вообще что-то левое: доктор Джоанна Хансен из Канады хотела бы завести переписку с таким красивым мужчиной, ей понравился его профиль, бла-бла-бла. Никогда еще Богдан не получал столько сообщений за раз. Не тот имидж. К шаману с бородищей, бубном и в штанах-аладдинах принято обращаться лично. А вот на тебе, сосредоточиться не дадут.

Дорога домой после репетиции - самый спокойный момент дня, и Богдан решительно выключает телефон совсем. Хорошенького понемножку. Дома ждут девочки. Маша. Алёнка. И у них есть печёная курица. Чего еще желать.

Дома оказывается, что Маша, конечно же, в курсе, и обе намерены Богдана утешать и поддерживать. Богдан уже не очень хочет, чтобы его утешали и поддерживали, но видит, что девочкам самим это нужнее, чем ему, утешать друга - это то, что нужно, когда сам грустишь. И вот так, в обнимку, все садятся было есть курицу - и тут раздаётся свист, поперёк расписной кухни хлещет вода, спасибо, что холодная, и под колонкой с треском срывается соединение между старой чугунной и современной гибкой трубой. Богдан бросается под стол, перекрывает вентиль, и потом часть ночи уходит на поиски запасной гибкой трубы, подтирание воды и подключение всего этого обратно. В результате Богдан обнаруживает, что мышцы шеи болят у него так, словно он много часов просидел за компьютером, и Маша разминает их с согревающим маслом, в результате Богдан так и засыпает в обнимку с Машей вместо того, чтобы залезть на свой шаманский помост под потолком. И снится ему обычная не насыщенная смыслом ерунда. Случайная музыка, чаепития с друзьями, перфоманс в парке с близнецами, разговоры со вполне живыми музыкантами - ну, ерунда, бытовуха, обработка подсознанием событий дня.

Утром выясняется, что похороны неожиданно скоро, и как раз в тот единственный день недели, на который не приходится ни концертов, ни дней рождений. Чтобы купить билет в Москву, Богдан включает телефон - и снова начинается эта вакханалия с несвоевременными вопросами и нелепыми просьбами. Отпишите, когда перепостите афишу. Прошу, помоги, проголосуй за меня. А где у нас запасные джек-джеки, кто знает? И, кстати, в чем играем? Подпишись на мой инстаграм, красавчик. Опять соболезнования. Чертова привычка всегда отвечать на запросы, даже если ничего не ответишь - прочесть обязан. Чуть не перепутал дату отправления, к счастью, вовремя заметил. До вечера время еще есть, но оно всё по идее занято. Обещал человеку на день рождения бубен, и шкура уже замочена, до четверга не оставишь, надо её натянуть - но как тянуть, когда каждую минуту тебе о чем-то пишут? И звонят по телефону. И по скайпу. Ужас какой-то. Богдан припахивает Машу придерживать скользкую кожаную веревку в те моменты, когда очередной раз приходится брать трубку. Весь бубен натягивается одним длинным шнуром, вырезанным из той же кожи, и ослаблять, пока тянешь, нельзя. И не сделать будет очень обидно, одни люди умирают - другие рождаются, и чем вторые хуже первых? Хорошо хоть Маша протянула руку помощи.

К вечеру Богдан чувствует, что устал за день, как никогда, а ведь казалось бы - всего одну вещь сделал, да еще вёл переписку весь день.

На поезд Богдан успевает едва-едва. На некоторые вопросы удобнее отвечать с компа, десять пальцев эффективнее одного. Поневоле залипнешь. В его купе оказываются невнятные сонные соседи, мужик, пожилая тётка и девушка. Они как-то моментально укладываются спать, и Богдан следует их примеру. Оказывается, ни одного шаманского музыкального инструмента у него с собой нет. Даже маленький карманный бубен остался в нечёрной куртке. И варган - в зелёном жилете. Богдан гнездится на верхней полке и, пытаясь уснуть, постукивает по висящему на груди на шнурке серебряному зеркальцу - хоть и не бубен, а круглое, и стучать по нему можно. Телефон еще некоторое время жужжит, а потом поезд выезжает из зоны действия сети, телефон смолкает, Богдан проваливается в сон, на другую сторону, в нижний мир.

* * *

Там город, стоящий на песке, и песок, заворачивающийся волной, и там, под гребнем волны, вниз головой, но, судя по стекающим вверх белым волосам, для себя самой - не вниз, сидит виолончелистка, и виолончель у неё похожа на ветер и закат, а волосы - на воду и белое пламя, и Богдан идёт вверх по песку между желтых каменных стен, но словно бы не поднимается, а проворачивает под собой этот мир, и когда он доходит до этой женщины со смычком, всё оказывается нормально: песок - это низ, на нём, на небольшом песчаном откосе - Танька... наверное. С виолончелью. Кто же еще. Только Богдан лет пятнадцать не видел её такой ясной, такой прозрачной. И играет она, кажется, ту же тему, что тогда, на том концерте - но совсем по другому. А город теперь свисает с неба, и дома торчат, как сталактиты.

- Ну ладно, ладно, ты меня поймал, - говорит Танька и втыкает смычок в песок.

- Ну вот и зачем всё это было? - отвечает Богдан, внезапно сложив в голове один и один. - Это ты специально от меня пряталась? Вот и напустила шелухи, лисица?

- Вообще от всех, дружочек, вообще от всех.

- А зачем?

- Ну так, вообще. Свернуть за угол, пока не хватятся. Кто хватился - тому и досталось. Кто ж знал, что это будешь ты?

- А кто бы еще это мог быть?! - возмутился Богдан.

- А что, плохо пришлось?

- Да нет, не то чтобы. Странно. Задёргали совсем. Никогда у меня столько переписки не было, как сейчас. Как ты вообще этого добилась?

- Да не знаю я, - пожала плечами Танька, - махнула хвостом. И сама не знаю, зачем. Вроде, там была обидка какая-то, не помню, так это всё сейчас не важно...

- А что теперь? На следующее перерождение пойдёшь?

Танька неопределенно пожимает плечами и поднимает смычок:

- Слушай лучше, какая тема! И стучи давай. - "Да я без бубна", - хочет сказать Богдан, но зеркальце уже растет у него в руке, превращаясь в самый любимый и самый неудобный в путешествиях девятигранный бубен, у которого есть по крайней мере пять разных нот в разных местах мембраны и еще один флажолет.

Ну, что тут делать. Только играть.

Музыка звучит, мир приходит в движение, город выворачивается в привычное положение, крышами вверх, и Танька исчезает где-то за углом, махнув белым пушистым лисьим хвостом.


* * *

Богдан просыпается, когда поезд уже стоит у перрона. Видимо, такое спокойствие разливалось от него, пока звучала музыка, что проспали и проводник, и все пассажиры, вот разве что машинист не проспал, довёз, куда надо. Богдан выскакивает из поезда, вдыхает, выдыхает, оказывается, в Москве куда теплее, чем в Питере - и решительно выключает звук телефона полностью. Карту посмотреть можно, а уведомлений слышно не будет. Знаем мы уже, зачем эти лисицы машут хвостом. Не читая почты, доезжает куда надо, до самого конца красной ветки и еще на автобусе, обнимает там всех знакомых московских музыкантов и решительно выключает телефон совсем. Хорошенького понемножку. И, выходя из крематория после завершения всех дел, сворачивает за угол, пока его не хватились.

Latest Month

Январь 2023
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Метки

Комментарии

Разработано LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow