Как мама, я понимаю, из каких соображений в детях гасят понимание нелинейности времени. Как ребенок, я, тем не менее, понимаю необходимость сохранения ощущения многомерности мира. Как нетерпимый к вранью слушатель, я охотно выслушиваю выдумки о своей-прошлой-жизни, к вранью их не приравнивая: рассказывая о себе любые небылицы, человек все равно проживает их внутри себя, пусть в архивированном виде, так что ложью они не являются. Как рассказчик, я часто выдаю в ответ на вопрос только одну из причин того или иного события, держа в голове все остальные. К сожалению, виною тому обычная лень. Как собеседник, я часто нервничаю, когда оппонент зачем-то уменьшает количество измерений и сводит объем к плоскости. Частенько после такого поворота я подхватываю неприятную игру и выдаю ситуацию в виде линии, а то и точки. Как горожанка, я охотно верю в любую тайную жизнь города, и частенько добавляю в нее новых персонажей. Как лесной житель, я стараюсь с любым встреченным существом говорить на его языке; это меня иногда подводит. Как индеец, я верю, что информация, полученная во сне, является истинной. Как еврейка, я предпочитаю длинные юбки и в субботу бездельничать. Как деревянщица, я знаю, что мир похож на дерево, или, может быть, на самоподобный фрактальный куст. Как мастер, я знаю, что экзамен приходится пересдавать всю жизнь, несмотря на регулярные высокие оценки. Как поэт, я знаю, что когда закончится эта песня, уже и никаких четырех всадников не понадобится. Как художник, я думаю, что звуки имеют цвет. Как музыкант, я прислушиваюсь к картинкам, чтобы они звучали более-менее гармонично. Как эльф, я умею ждать. Как человек, я умею успеть закончить работу вчера. Как сова, я набираю тут буковки, в то время как... - как жаворонок, я встаю в семь. Что делать, не только огры похожи на лук.