Одна одинокая однолюбийца

То ли Арктика меня одолевает, то ли снега себе наколдовываю, но куклы вышли совершенно белые. При этом я про этих ребят не знаю практически ничего, ни имен, ни занятий, но они уже очень мне нравятся. Особенно девочка.
Девочка вышла мягкая и нежная, и ей понадобился сильный парень, чтобы защищать ее и поддерживать.





Они поедут на выставку "Дары волхвов" в музей Скрябина, но я выкладываю их заранее, чтобы увеличить их шансы. А то эти парочки так зациклены друг на друге, что на людей и не смотрят.
Ну разве что иногда.

По телефону сказали, что деньги из автомата до интернета могут идти от пяти до десяти дней.

Как жить?! Я уже видеть не могу это кафе.
И кофе у них невкусный, и на диване нельзя прыгать, и о шнур от ноута все время кто-то спотыкается. И длинного поста не напишешь, потому что сосредоточиться невозможно.

Зато, видимо, потом, когда интернет заработает, меня будет от него не оттащить. Это как сейчас всего-то три сделанных зуба побуждают меня все время улыбаться перед зеркалом.

Только, вот, наверное, к этому моменту я нафиг забуду, что хотела сказать. Разве что законспектировать в блокнотике: гэндальф, чай, среда "власть слов", "синий свет", "умение принимать".

Хотя, про синий свет можно и сейчас.
Вчера мы шли с удачного концерта Дракони, и на одной из улиц окрестностей площади Александра Невского сквозь стену, оставшуюся от снесенного дома, просвечивал синим светом стаканистический бизнес-центр. Стена состояла из колонн и балкона и была обмотана черно-зеленой сеткой, у бизнес-центра светился собственно стакан центральной ротонды. Рядом на соседнем доме было написано страшное слово "РОСГОССТРАХ", а через улицу вывеска закрытого на ночь ресторана утешала: "ДЕRЖИСЬ!" Вовка говорил, что синий свет - это, наверное, дополнительное подавляюще-деморализующее давление на народ, а я вспомнила, что и ручные фонарики теперь все синие, и немедленно придумала персонажа, который мог бы встать на сторону сил добра с оставшимся от прадеда желтым карманным фонариком. А когда я доехала до Петроградской, оказалось, что у нас-то фонари - оранжевые, и домики маленькие, от одного до четырех этажей, мой - самый высокий. Вот оно, убежище мое, волшебная светопилюля.

Сети вот только нет, а так дома лучше, чем где бы то ни было.
У меня даже желтый фонарик есть, если что.

У меня кончился интернет, пишу из кафе. Нетбук очень полезный, только обладатели настоящего ноутбука нерационально распорядились диваном: заняли тот столик, где диван, но на диван не сели. И кофе в этот раз удался со второго раза. Зато у них тут свечи, розы и музыка нормальная.

Хотя, если бы я нашла в Питере кафе с вайфаем и без музыки, пусть даже без роз и свечей, я бы там навеки поселилась. Пока похоже, что это кафе - моя кухня. Только вот вайфая там пока нет, заплатила, жду у моря погоды.

Так что, если надо сообщить мне что-нибудь срочно, звоните, до завтра в сети больше не появлюсь.

Когда Сова процитировала эпизод про лоцмана, протянувшегося от пяртнерса до марса-рея, я подумала, что имелся в виду перт, и переводчик просто облажался.

Но вот я дошла до этого эпизода, и слово "пятнерсы" встретилось там столько раз, и в такие противоестественные отношения вступал с ними лоцман, что я уже не думаю, что это перты. Я вообще не понимаю, что имелось в виду. Вроде бы я знаю, как устроен корабль, и в других эпизодах автор особенно не лажает, а тут что-то странное происходит. Еще хорошо, что эпизод, вопреки обыкновению автора, кончается хорошо. А то бы все мои чувства были бы травмированы разом.

Одно я знаю точно. Франклину эту книгу давать ни в коем случае нельзя. А вот Йозу я ее, пожалуй, дам. Похоже, этот мой рассказ в результате получится длиннее любого другого из "Морской птицы", и уже похоже, что выруливает он к финалу совсем не теми путями, как я планировала. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

Но по крайней мере, пятнерсофилии я не допущу :)

Тыкаюсь в карманные оракулы, пока не получится что-то осмысленное.
Например, жж-хоккугенератор сообщает:

ну ничего я еще
как в старые времена.
целиком

Вот приблизительно так терпеливый человек повелевает случаем :)

Все в пятницу тринадцатого складывается, как положено.
На репетицию, скажем, пришло только трое из нас.
Очень странно вели себя все наши примочки.
Аська провалилась в лужу.
Почему-то всю дорогу мы говорили о готах.
И порвали юлькины бусы.
И взяли с собой вафелек и веревочного сыра, но не взяли воды.
И умудрились все-таки со всем этим сделать три песни для минимального состава довольно прилично.

И вместе с нами на Петроградской выходили из метро тру-готы: мальчик в плаще в заклепках и шнурках - и девочка с черными пушистыми крыльями.

С днем рождения, Тигра!



Жалко, у меня нет уже юзерпика "О, тигр!". Я бы с удовольствием обняла тигра. Вот так:

Вдруг оказалось, что завтра, 11 ноября, около 20оо мы играем в Чеширском Коте на Загородном 32.

Там будет фестиваль барабанщиц, ну, в общем, у нас ведь тоже нефиговая барабанщица.

Акция "Семья Трендов против культурного контекста" - это когда ребенок первый раз идет в магазин самостоятельно, а мама нервно кромсает овчину дома.

Все-таки мы с Аськой очень хорошо живем. Когда мне было десять, любой культурный контекст мог идти лесом по сравнению с насущными надобностями семьи. К десяти меня уже приучили покупать молоко и сметану, и как раз начали приучать покупать мясо (в этом, правда, никто не преуспел). И вообще, открывать дверь ключом я умела, потому что до звонка все равно не дотягивалась. А теперь это называется "синдром ключа на шее" и считается отклонением от нормы.

Аська страшно довольна. Потому что ей хватило денег еще и на журнал "Лошадки". И вообще самостоятельность рулит.

Не думаю, что ее поджидало больше маньяков, чем поджидало меня, пользоваться светофором она умеет лучше, чем я; в общем, я скорее боялась, что она куда-нибудь заблудится. Ребенок настолько привык быть ведомым, что не слишком следит за ландшафтом, во всяком случае, когда в прошлом году они пошли в планетарий с Шуркой, через пятнадцать минут мне пришлось пойти их спасать, потому что дети потерялись, а ведь, казалось бы, дорогу к планетарию ребенок должна знать.

Но магазин все-таки ближе.

Снова черная книжка, снаружи и внутри. Ну, вдруг.
1000 р.





Для контраста - светлая книжка. Крафтовая бумага, свиная кожа, вставка из дерева сапеле, шестеренки крутятся.
1000 р.



Магнитный городок.
1500 р.



Кулончик "Хамса". Олива, цоизит.
700 р.



Триптих про Буратино: Дедушка, Внучка, Бабушка.
Дедушка и бабушка - на бумаге, внучка - на ткани.
Формат А4.
3000 все три.



Дракончик. 800 р.

Пара листов из междугорской серии. Ну, вдруг пригодятся.


А2, по 2500 р. лист.


"Возьмите пылесоса в мир зверей"
1500 р.

Это все продается в Питере. Чем прямо сейчас, тем лучше :)
Но я повезу в Москву всякие штуки для рождественской выставки в музее Скрябина. Если, конечно, продам что-нибудь в Питере, чтобы купить билеты.

Кажется, мне нужен новый юзерпик: с зубами. Но картинки неудобно регулировать, когда их там лежит четырнадцать запасных.

Ну, неважно, да послужит это мне сдерживающим моментом.

А то я ведь после каждого зуба буду громко радоваться, какой он прекрасный, и тихо сетовать, что очередной раз отдала за него последнее.

И хорошо, что последнее у меня каждый день новое.

Но передний зуб действительно прекрасен, не могу молчать! Если бы предыдущие доктора так парились с его симметричным собратом, я могла бы сейчас вовсе не париться. А придется, потому что теперь я хочу, чтобы все они были такие ладненькие и гладкие. Не говоря уж о тех, что надо лечить, а не просто украшать.

Иду рисовать денег.
Вот, кстати, не понимаю, почему на прекрасную готичную книжку с двумя агатами, с черной бумагой внутри, с конвертиком на форзаце для разрозненных записок - до сих пор никто не претендует? Странно. Я б уже давно начала в ней рисовать серебряной ручкой.

В Израиле у меня продается настенное дерево "Музыка на мосту"



При желании его можно выслать куда угодно.

Начальная цена 700$, но в этом аукционе цена может двигаться в любую сторону. То есть, до некоторой степени торговаться можно.

Дерево вырезано из ореха и ольхи, расписано темперой, высота 55 см.

Шахразада, рассказывающая истории.
Она умеет вертеть головой. Голова, шея и конечности из "медного" фимо. Первый раз попробовала, мне понравилось, может быть, потом повторю. Тело шерстяное, штаны шелковые, блузка обшита гранатовыми бусами.

Хочу за нее 2000 р.

Купила обычный с виду беленький кабачок.
Срезала с него шкурку - по цвету он оказался как бледная тыква.
Попробовала на вкус - форменная репка.

Что за фигня? Мутант?

Да и Богатырский проспект, вдруг проложившийся напрямую, тоже сюрприз.

Ничего тут не писала, потому что срочно приспичило собрать книжный шкафчик из всякого мусора. Как только собрала - мне немедленно полегчало.

Теперь Аська его красит, а я придумываю, каких архитектурных излишеств на него еще налепить.

Вообще, надо сказать, до божественного образца он все-таки не дотягивает. Божественный образец представлял из себя ящики, свинченные между собой под любыми углами, на первый взгляд - бесформенная груда, на второй - креативный книжный шкаф. Видела в одной дизайнерской галерее на Большой Конюшенной. Но, поскольку у меня для него нашелся только узкий простенок, пришлось поставить их друг на друга.

Ну ничего, я еще придумаю, как его украсить, чтобы было видно, что это продукт безудержного креатива, а не никому не нужные ящики от шкафа позапрошлого века.

Во всяком случае, два моих предыдущих творения народ уважает.

Прокрастинирую, потому что нет идеальной мысли, как собрать доисторические ящики в книжный стеллаж.
Неидеальные мысли есть, и я подращиваю их до идеальных.
А сделать это надо сейчас, потому что и стеллаж нужен, и ящики очень мешают.

Внешне это выглядит, как форменное безделье. Нет бы доделать погремушку.

Но и с погремушкой вышла та же фигня. Вдруг возникла идеальная идея, которая должна сложиться в голове, прежде чем я сделаю ее в дереве.

Немножко утешает, что все это так или иначе приносит плоды. Когда ожидание исполнилось, собственно изготовление предмета занимает очень мало времени, раз - и все.

- Небель пишет, - сказала я, - что над нами стотысяч слоев облаков. И все давят на голову.

На материке выяснилось, что все эти облака, видимо, висят над нашим островом, а над материком споро бегут.

- Ну, теперь, когда ветер вышел из отпуска, он ведь всю эту шнягу раздует? - сказала Аська.

- Небо! Я вижу небо! - заорала я.

Правда, внизу никакого такого ветра, действие которого можно сфотографировать, не видно. Ветер очень занят наверху. За неделю его отпуска там много навалило.

Ну ладно, зато дышать уже легче стало.


В последнее время удалось достичь какого-то равновесия с мирозданием: силы кончаются ровно тогда, когда можно отдохнуть; а если вдруг невовремя - оно совершает внезапный подгон, незапланированный выходной какой-нибудь.

А завтра уже каникулы.

День простоять да ночь продержаться - и выспимся наконец.
А вот ветер, видимо, за свой счет брал. Устал.

Иногда очень полезно прочитать плохую книжку, чтобы понять, как хороша другая :)
Стандартный сюжет "Дети, спасающие параллельный мир" можно ведь по-разному реализовать.

Так вот книжка Алана Гарнера "Элидор" мне не понравилась. Мало того, что герои обеих повестей словно бы спят, так у них при этом еще и высокая температура. И они не картонные даже, а как бы не присутствуют в тексте лично, несмотря на сплошные диалоги.

В общем, когда я после этого залезла в открытого на нетбуке Таланова, я обнаружила, что у него ребята очень живые, трезвомыслящие и настоящие. Может быть, хотя бы теперь я с ними справлюсь.

Я уже не знаю, чем мне себя пнуть, чтобы начать как следует работать.

У Свина ярко-зеленый ирокез, расписанная вручную куртка, майка с тщательно прорисованными потеками крови вокруг нарисованных пулевых дырок и весь он такой стильный рафинированный панк из тех, что дома обедают на белой скатерти, моют за собой посуду, а потом идут и срут на Красной площади. И я веду его к себе домой. Попрошу папу сварить нам того самого кофе, ну, с розовыми бутончиками. Если папа, конечно, дома.

А вот мама дома, работает она там. И мы со Свином как раз об этом и говорим. Свином он сам себя назвал в честь того еще Свина, но, вообще-то, он не похож. Он похож на мультяшку.

- Так ты чего, погоди, мать у тебя что-ли дома? Офигела? Да ее же от меня столбняк хватит.

- Размечтался, - говорю я Свину, - она решит, что ты мой воображаемый друг. У нее у самой сейчас, наверное, русалка сидит.

- Русалка - это училка по-русскому? Так сейчас уже не говорят.

- Русалка - это русалка, - я достаю магнитный ключик и тыкаю в домофон.

***

Мама в студии, пишет. Вопреки ожиданиям, у нее не русалка, а что-то вроде тени, клубящейся в кресле. У тени ясно видна шляпа и руки, а в руках - вполне реальная книжка, моя, между прочим, "Алхимик" Коэльо, уж не знаю, кто из нас ее выдумал, но читать ее я уже начала.

- Ээ, - взвыла я с порога, - а чего он мою книжку читает?

- Солнце мое, - ласково отозвалась мама, не отрываясь от холста, - ты все равно сейчас читать не будешь, ты с другом, а книжка беленькая такая, мне было нужно белое пятно. Да и нечего тебе читать такие глупости, вон, Борхеса возьми.

- Ы-ы-ы... - промычал Свин, - а это чего это?

- Не бери в голову, - посоветовала я. - Пошли, пожуем чего-нибудь.

В холодильнике нашлись котлеты - это значит, бабушка где-то поблизости, - и торт, значит, вместе с дедушкой. А вот маринованных огурцов нет, значит, папы еще нету, он их всегда притаскивает. Мы перехватили по бутерброду с котлетой, и я утащила Свина к себе, уроки-то никто не отменял.

- Рулезно у тебя тут, - покрутил головой Свин, - это чего, все мама твоя рисовала?

- Это мы с ней вместе. Ну, за математику?

Не успели мы расположиться, Свин - на диване, я за столом, как дверь скрипнула, и в нее просунулся длинный нос Джона Леннона.

- Excuse me, haven't you ever seen my Lusy?

- Grandma in mother's room, I hope - ответила я, - and I have seen her once or twice.

- Thanks, - нос исчез.

- What does it mean? Тьфу, черт, я хотел сказать, какого черта это было? Это чего, Джон Леннон?! Его же убили.

- Это бабушкин Леннон, - объяснила я, - ну, она же у меня старая битломанка, еще с шестидесятых.

- Так. - насупился Свин, - чего-то я не понимаю. У мамы твоей сидит в кресле какая-то хрень. Бабушку разыскивает Леннон. И я теперь у тебя воображаемый друг.

- Погоди, ты еще не видел, чего папа с дедушкой вытворяют. Вот как раз они сегодня собирались винду переставлять, это будет круто. Как ты думаешь, зачем дедушке торт?

- Зачем может понадобиться торт? К чаю, что ли?

- Ну да, к чаю. Но не для еды. Ну ладно, пока их нет, ты мне объясни, что ли задачку, чего-то я не понимаю.

- Да ну, там же все просто! - Свин мигом отвлекся, загорелся и нырнул в цифры по самые уши.


***

Когда мы закончили и математику, и химию, и даже успели провести парочку рискованных опытов с моими реактивами, оказалось, что папа и дед давно дома, из междверья доносятся невнятные вопли и бормотание.

- А вот теперь пошли подсматривать, - я оторвала Свина от исписывания невидимыми чернилами его дневника и потащила в коридор.

Вовремя успела! Там как раз дед вызвал Билла Гейтса и готовился залепить в него тортом. Билл Гейтс, заранее готовый к экзекуции, стоял понурясь. Папа, не обращая ни на что внимания, быстро шелестел о чем-то по клавишам.

Хрясь! Торт влетел в лицо Биллу Гейтсу и стек на пиджак, компьютерный магнат вздохнул, счистил пальцем крем с носа, облизал палец и исчез.

- Эх, как на душе все-таки легчает сразу, - отряхнул руки дед и повернулся к сыну, - Юр, а Юр, мы кофе-то пить будем? Вон, гляди, и молодежь повылезала.

Свин выглядел разочарованным. Он уже начал привыкать к эффекту, который неизменно производит его зеленый аутентичный ирокез на старших, и на тебе. С такими титанами ему не сравниться.

- Да ты не расстраивайся, - похлопала я его по плечу, - щаз дед папу из-за компа вынет, и тебя ждет самый вкусный кофе на свете. Джинн Абу-Али-ибн-Хусейн другого не варит.

- Знаешь, я, пожалуй, кофе ждать не буду, - мрачно сказал Свин, - увидимся в школе.

- Ну чего ты? - расстроилась я.

- Да ничего. Пойду я.

Покидал книжки в мешок, поправил ирокез перед дверным зеркалом и вправду ушел.

Вот дурень.

***

Кофейника хватило и на бабушку с дедом, и на родителей, и на меня. Бабушкин Леннон и мамин Тень успели уже исчезнуть, папа выдумал себе только кота-бегемота, потому что устал на работе, а коту кофе без надобности.


- Ну чего грустишь, дщерь? - папа поплескал остатком кофе в кофейнике, - где твой друг-то?

- Ушел. Обиделсо.

- Не выливай, о достопочтенный повелитель волшебных устройств, - раздался голос из кофейника, - я сам здесь выпью.

- Как скажешь, Абу-Али. Так выдумай его заново, - это уже мне.

- Ты чего, он настоящий! Мы в одном классе учимся, это же Свин, ну, Славка Морозов. - Тут я тоже обиделась. Тоже мне семейка Аддамс. У других нормальные семьи, мамы воображаемых друзей не видят, папы ругают за бардак, дедушки не понимают в компьютерах, а бабушка вяжет носки, а не отплясывает с былыми музыкантами. Вырасту большая - всё всем запрещу.

И тут в дверь позвонили.

Я пошла открывать. За дверью верхом на толстой розово-зеленой свинье сидел донельзя довольный Свин. Свинья подняла на меня мелкие глазки и подмигнула.

- Ну я подумал, а чего я тут буду стесняться. А кофе не осталось?

Не то чтобы я искала отмазку, я искренне радовалась, что расправлюсь с зубом сегодня, но неловко как-то идти к зубному, когда тебя тошнит.

Фиг его знает, чем отравилась. Все, что я ела и пила вчера, употребляли трое, а колбасит только меня.

С другой стороны, у меня радость: вышла книжка по Большому Проспекту.
Нижние три этажа моего дома строил архитектор Радике, верхние два - Сонгайло. Авторы статьи, правда, утверждают, что у нас тут школа Остентум, но, может быть, она юридически зарегистрирована на адрес одной из преподавателей, всякое бывает. Соседний дом, недавний, оказывается "Северная Венеция", и как у них только язык поворачивается, а десятиэтажка по другую сторону моих окон - "Белые ночи". А архитектурная мастерская, которая это натворила, называется "Ретро". Фигассе ретро.

Поскольку голова тоже болит, читать удается только вразбивку.
А то бы я цитат накидала.

Собственно, проспект как он есть - недавнее приобретение, и ста лет не прошло. Забавно почитать, каким он был 150 лет назад.

Как полезно иногда перечитывать книжки.
Пройдет несколько лет, сделаешь очередной свой шаг - и в тексте обнаруживаются новые послания, в прошлый раз пролетевшие незамеченными.

Собственно, первый раз я получила только одно послание: про Инь, Янь и Хрень. Когда одно говорит "все хорошо", а другое - "все плохо", третье говорит "ничего нет", и дело мастера - встать на стороне того, что есть.

А потом перечитываешь и бьешь себя книжкой по лбу и оптимистично кричишь "какой же я был дурак". Потому что выковыривал из этого хлеба изюминки, когда надо было съесть его целиком.

А теперь меня волнует старый вопрос: может ли автор написать героя умнее себя. Ну, в данном конкретном случае речь идет не об уме, а о глубине взаимодействия с миром. Слышит ли сам Кард эту зеленую музыку? Если нет, то он великий гений, потому что смог описать ее наощупь, пусть и замаскировал под фэнтезюху. Если да, то я уже хочу стать его ученицей, потому что методом тыка собираю мозаику этой глубины мира, а тут человек умеет описать словами всю ее разом.

Хотя, конечно, с точки зрения глубины мира это глупый вопрос.

Очень жалко, что переведена только половина цикла, а на бумаге издано всего три книжки из десяти. В оригинале я, боюсь, не осилю.

Надо слушать себя! Ужжасно не хотелось выходить из дому, а пришлось: Аське хотелось на представление. Представление ей в результате не понравилось, да еще и на Маяковской нас оштрафовал толстый мент за проход вдвоем по одному проходу карточки.

На Марата запредельно, нестерпимо пахло горячим шоколадом. Словно магазин фабрики Крупской сгорел, и все шоколадки стекли в подвал горячим шоколадным озером. Я зашла в тряпочную лавочку пощупать лоскутки, вышла, и шоколад снова на меня набросился, прямо обрушился, чуть с ног не сбил. Пришлось прятаться в "Старине": там у меня есть знакомые предметы мебели, и пахнет там ими.

Когда я забрала Аську с представления, меня все еще терзало шоколадом, но уже слабее, а Аське пахло железной дорогой, дёгтем и дымом.

Мне понадобилось фимо для куклы Шахразады, для которой уже и тело связано, но нужного оттенка было только медное. Будет у меня теперь девочка с медным лицом.

У ресторана "Матросская тишина" стоит штурвал с какого-то парохода, выкрашенный шаровой краской. Аська его повернула, и ничего не случилось. "Представляешь, - сказала я ей, - ты поворачиваешь штурвал, и весь город по-во-раачивает".

Повернуть бы его к солнцу. Обещали ведь на эти выходные, но, видно, кто-то из нас слишком сильно думает туман.

Пишут, что сок "Славный" - клон сока "Добрый".
Было бы что клонировать, прости господи.

Пишут, что существует леденец на палочке под названием "Лизун-Сосун" в качестве клона "Чупа-чупса". Какое-то некачественное у ребят клонирование, овца на маму непохожа. Впрочем, телега была написана пять лет назад, я была в море, и леденцы были мне по барабану, может быть, они и существовали.

А еще пишут, что Анхель де Куатье - клон Пауло Коэльо, который, в свою очередь, сектантская литература для начинающих. Чувствую низменную злорадость.

А еще пишут, что корень проблемы - в отсутствии оригинальности у оригинальных брендов.

А я-то всего-то хотела узнать, правду ли пишут на коробочках сока "Славный" насчет разбавленного фруктового пюре без консервантов. Он и на вкус как разбавленное фруктовое пюре, и на цвет, и вообще сливовый очень мне нравится.

А теперь мучительно размышляю, чем же вообще слово "славный" похоже на слово "добрый".

Только меня Лиза-Бам поругала за назидательность в сказке для сообщества, как Аське понадобился назидательный рассказ. То есть, сочинение.

Аська сочинила историю про Дашу, которая осталась прибирать в классе, и учительница строго-настрого велела ей не залезать в ящик стола, а Даша залезла, любопытно же, а оттуда полезли полчища пауков и построились сначала черепом, потом скелетом, потом целым человеком, и выкинули ее нафиг из класса. Мораль: не лазай куда не велено.

- Ну, это как-то слишком готично, - сказала я. - Попробуй попроще, что ли.

Однажды Даша не выучила уроков, потому что каталась на своих таких специальных машинках. И потом весь день ходила смурная, потому что получит двойку или даже меньше, и мама отберет у нее машинки на месяц. Так оно и вышло. Мораль: после этого Даша всегда-всегда уроки делала. А то мама машинки на целый год отберет.

Что-то я приуныла. Мне кажется, я узнаю себя в этой бессмысленной попытке ужаться до так называемого реализма.

В общем, Аська теперь про пауков пишет.
Не знаю, что ей на это скажут.

УПД За пауков - 5/4. 4 за помарки.